Главная \ Практика \ Гражданские споры \ В иске о признании недействительным договора страхования отказано

В иске о признании недействительным договора страхования отказано

Дело № 2-36/2012
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Камбарка 29 февраля 2012 года

Камбарский районный суд Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Ефимова С.Л.,
при секретаре Дьячковой Т.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску истца к ответчику о признании недействительным договора страхования и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Камбарский районный суд УР с иском к ответчику с требованиями:

1) признать недействительным договор страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств;

2) применить последствия недействительности сделки.

Требования мотивированы тем, что между истцом и ответчиком был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Срок действия указанного договора составляет со 02 июля 2011 г. по 01 июля 2012 г.

В соответствии с п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

01.04.2011 г. постановлением судьи ответчик привлекался к ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии алкогольного опьянения и был лишен права управлении транспортным средством. Данное постановление не было отменено и вступило в законную силу 21.04.2011 г.

Однако в момент заключения договора ответчик не сообщил о том, что лишен права управления транспортным средством, следовательно, заключать с ним договор по ОСАГО не было правовых оснований. В соответствии со ст. 1 ФЗ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховой случай - это наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства. В данный период ответчик не имел права использовать свое транспортное средство.

Так как ответчик не сообщил представителю страховщика о том, что лишен права управления транспортным средством, следовательно, у истца имеются законные основания для признания договора обязательного страхования недействительным.

В соответствии с п.3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ.

В судебном заседании представитель истца А., действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала в полном объеме, суду пояснила, что с ответчиком был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. В соответствии с п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. Ответчик должен был предъявить страховщику водительское удостоверение, однако на момент заключения данного договора ответчик с 1 апреля 2011 года уже был лишен права управления транспортным средством. Судьей 01.04.2011 г. ответчик был лишен права управления транспортным средством за нарушение ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии алкогольного опьянения. Данное постановление вступило в законную силу 21.04.2011 г. Если бы ответчик сообщил данные сведения, то договор не был бы заключен. Ответчик предоставил им недостоверные сведения, поэтому у истца имеются законные основания для признания договора обязательного страхования недействительным. На данный момент к ним обратились уже два участника дорожного движения, попавшие в ДТП с участием ответчика. Поэтому они просят признать недействительным договор страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, заключенный между истцом и ответчиком, и применить последствия недействительности сделки. Истец готов вернуть страховую премию, которая была уплачена при заключении договора страхования, и ответственность ответчика получается незастрахованной и он сам несет ответственность перед участниками дорожного движения. Ложными сведениями являются именно то, что ответчик на тот момент был лишен водительского удостоверения, лишен права управления транспортным средством. Когда человека лишают водительского удостоверения, то водитель обязан удостоверение сдать, с этого момента и начинает течь срок лишения водительских прав. В данном случае существует письменный запрос и заявление, в котором указано водительское удостоверение. В соответствии с Федеральным законом лицо должно застраховать свою ответственность только в том случае, если оно имеет право управления транспортным средством. При заключении договора с ответчиком заполнялись только страховой полис и заявление. Ответчику выдали полис, и он в полисе указан в качестве единственного лица, допущенного к управлению транспортным средством. Ответчик имел право передать другим лицам право пользования данным автомобилем, записав этих лиц в полис. Только при использовании транспортного средства необходимо страховать автогражданскую ответственность. Указание только себя в качестве допущенного лица к управлению транспортным средством, при лишении этого лица права управления транспортным средством, противоречит закону. Считает, что в ходе судебного заседания было подтверждено, что при заключении договора страхования ответчик предоставил водительское удостоверение, будучи лишённым права управления. Данное обстоятельство доказано показаниями свидетеля о том, что в момент обращения ответчик предоставил водительское удостоверение. При заключении договора страхования ответчик ввел в заблуждение страховую компанию о том, что у него есть водительское удостоверение. Он мог быть в данном случае страхователем, но при этом допущенным к управлению лицом должен был указать другого человека. Ответчик указал только себя, другие лица в данный полис не вносились в качестве допущенных лиц, поэтому считают, что в данном случае это имеет существенное значение для вероятности наступления страхового случая, и в соответствии со ст.944 ГК РФ в этом случае страховая компания имеет право требовать признание договора недействительным. Факт того, что ответчик был лишён права управления транспортным средством, также нашёл подтверждение в материалах дела. Просит удовлетворить их требования и признать договор страхования недействительным. Данная сделка противоречит закону в соответствии со ст.179 ГК РФ, и в данном случае просят применить последствия недействительности сделки, а именно: они готовы вернуть уплаченную страховую премию ответчику, а со стороны последнего ответственность за дорожно-транспортные происшествия ложится непосредственно на него. В ст. 944 ГК РФ конкретно было сказано, что письменным запросом страховщика является заявление на страхование. При этом в связи с Федеральным законом «Об ОСАГО», также Правилами страхования, которые утверждены Постановлением Правительства РФ, вносить изменения в страховой полис, в заявление на страхование страховщик не имеет право. Данные бланки являются бланками строгой отчётности, печатаются в типографии, выдаются Российским Союзом автостраховщиков, строго определённой нумерации, поэтому каких-либо изменений в данные документы вносить нельзя. Что касается описки, в которой период использовании был указан неправильно, то в остальных местах документов, а именно: в страховом полисе указан срок действия договора правильный, период использования указан правильный. Также правильно указаны данные в графе заявления на страхование, срок указан верно. Поэтому в данном случае единственное указание на опечатку действительно можно сказать, что это описка. По поводу того, что ими не представлено каких-либо доказательств, считают, это голословное утверждение, поскольку в данном случае у них имеются доказательства, что водительское удостоверение было представлено на момент заключения договора страхования свидетелю, который предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в то время, как со стороны ответчика не представлено ни одного доказательства, кроме пояснений непосредственно самого ответчика. Считают, что пояснения ответчика не являются каким-либо доказательством, потому что можно расценивать их как желание избежать ответственности за данное нарушение. Представитель ответчика указал, что страхователь никоим образом не обязан высказывать достоверные сведения. Это также не соответствует действительности, поскольку в документе, который является запросом страховщика, в соответствии со ст.944 ГК РФ, а именно в заявлении на страхование, указано, что только следующие водители, которые могут быть допущены к управлению, а именно Аристов был указан, именно документы, водительское удостоверение, серия и номер. Эти сведения являются существенными для заключения данного договора, и, кроме того, в п.4 заявления указано: «Достоверность указанных данных подтверждаю», и стоит подпись страхователя ответчика. Поэтому считают, что в данном случае обстоятельства, которые представлены истцом, были полностью подтверждены и доказаны имеющимися материалами дела.

В судебном заседании ответчик исковые требования не признал, суду пояснил, что на 1 апреля 2011 года был лишен права управления транспортным средством. Точно не помнит, когда оформлялся полис, но это был июнь или июль месяц. Заявление о заключении договора страхования заполняла девушка в отделе страховой компании. Он девушке дал документы на автомобиль, генеральную доверенность, паспортные данные. Водительское удостоверение он девушке не предъявлял. Номер водительского удостоверения у него был записан на листке бумаги в паспорте. Девушка спросила водительское удостоверение, он продиктовал номер, та сверила номер с журналом учета, так как у него все автомобили в этой компании застрахованы, и записала данные. Никакие вопросы о том, лишен он прав управления транспортным средством или нет, ему девушка не задавала. Он не отрицает факт лишения его прав управления транспортными средствами. Целью заключения договора страхования было то, что ему нужно было выехать в другую республику. А по поводу лишения его права управления транспортным средством ничего не может сказать. Ему нужно было выехать на машине в другую республику. При заполнении документов по договору страхования его никто не предупреждал об ответственности за дачу ложной информации. При заключении договора страхования заполнялось только два документа и еще квитанция, что он оплатил страховую премию. После лишения водительских прав в апреле 2011 г. он потерял права. Водительские права у него ОГИБДД не изымались. Когда потерял права, то об этом в милицию не сообщал. После лишения водительских прав он должен был сдать права в ОГИБДД. Из ОГИБДД приходило письмо с просьбой сдать права, по которому он ничего не предпринял и не сообщил в ОГИБДД о том, что права утеряны. С момента лишения, права потерял до августа 2011 г. После лишения водительских прав в апреле 2011 г. он всё равно продолжал пользоваться автомобилем. Очень редко пользовался автомобилем и его не останавливали сотрудники ОГИБДД. В данном случае свою вину не признает, потому что страховую компанию ни в какое заблуждение не вводил, т.к. прав не показывал, у него не спрашивали, лишён он прав или не лишён. Поэтому вины своей он не видит.

Представитель ответчика – А.1, допущенная к участию в деле на основании устного ходатайства ответчика, занесенного в протокол судебного заседания, исковые требования не признала, суду пояснила, что её клиент действительно был лишен водительских прав в апреле 2011 года. Но в статье 944 ГК РФ, на которую ссылается истец в исковом заявлении, указано, какие условия являются существенными, а какие нет. Истец не проверил наличие водительского удостоверения у страхователя, хотя обязаны были это сделать, также как и проверить состояние здоровья, дееспособность. То есть, ответчик не скрывал никакой информации. Поэтому, исходя из тех документов, которые представлены к исковому заявлению, требования не подлежат удовлетворению. Ответчик заполнил в заявлении о заключении договора страхования все указанные в нем пункты. Фактически конечно получился казус, но юридически у истца нет оснований признавать данный договор недействительным. Основным доводом и правовым основанием для признания договора страхования недействительным истец положил ст. 944 и ст. 179 ГК РФ, которые говорят, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков. Существенными признаются обстоятельства, определённо оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования - страхового полиса или его письменном запросе. В судебном заседании было установлено, начальник отдела страхования в своих показаниях пояснила, что страховой полис, а также заявление не содержали каких-либо специально оговоренных в стандартной форме договора страхования или заявления обстоятельств, которые могут повлиять на степень риска. Кроме того, начальник отдела страхования пояснила, что отказать страхователю в праве заключить договор страхования оснований вообще, ни в соответствии с правилами страхования, ни в соответствии с договором об обязательном страховании, нет. Договор страхования относится к публичным договорам, на него распространяются признаки публичного договора и отказать в заключении договора страхования страховая фирма ответчику не могла. В данном случае единственным документом, представленным в виде копии, а не в виде подлинника, является копия водительского удостоверения. Факт в суде доказан, что и ранее ответчик неоднократно страховал свои автомобили в этой же страховой фирме. Поэтому водительское удостоверение, которое с копии было снято, было приложено к этим документам уже позднее, при подготовке к суду, чтобы доказать факт того, что водительское удостоверение было представлено. Со слов её доверителя видно, что водительское удостоверение у ответчика не было запрошено, что такой необходимости не было. Диалог при страховании между страховщиком и страхователем никакой не состоялся, потому что всё заполнено и в страховом полисе, и в заявлении, кроме подписи, рукой страховщика - начальника отдела. Даже была возможность у страховой компании, как лица, более компетентного, заинтересованного в этих вопросах, и полагающегося не на просто интуицию, а именно задать вопрос для того, чтобы установить степень риска, не был ли ранее водитель лишён водительских прав, не участвовал ли ответчик в ДТП. Единственное, что могло бы повлиять на договор страхования, если бы этот вопрос ему был задан. Ответчик бы обязательно это сообщил, вынужден был это сообщить. Тем более, со слов свидетеля, начальника отдела страхования, видно, доказано, что никаких дополнительных запросов, которые Закон об ОСАГО и Правила страхования действительно предполагают, не делалось. Возможность изменения типовой формы полиса и типовой формы заявления имеется, там есть графа «Особые отметки». Видно, что и ранее страховая фирма в раздел «Особые отметки» вносила только какие-то абсолютно не влияющие на степень страхового риска сведения. Даже типовая форма заявления предусматривает установление коэффициента риска, больший коэффициент риска. И тогда бы выяснилось, что ответчик лишён водительских прав. Тем более, что её доверитель показал, что никуда не выходил, ни за какими правами не бегал, был он там один. Оснований не доверять ответчику нет. Поэтому в соответствии с п.1 ст. 944 ГК РФ существенными для определения степени риска признаются обстоятельства, определённо оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования или запросе. В стандартном бланке заявления страховщика не содержится вопросов о том, лишён ли ответчик права вождения на дату заключения договора страхования, ответчик честно ответил на вопросы, имеющиеся в стандартном бланке заявления, в настоящее время страховщик не оспаривает соответствие этих сведений действительности. Кроме того, в случае недостаточности сообщённых ответчиком существенных обстоятельств, в сомнении в их достоверности страховщик мог бы сделать дополнительный письменный запрос для соответствия тех или иных обстоятельств. Страховщик этим правом не воспользовался, не направлял, чтоб проверить настоящее положение дел, и довольствовался достаточностью представленных ответчиком сведений. Страховщика эти сведения вполне устраивали. Поскольку страховщик является лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, и вследствие этого более сведущий в определении факторов риска. Она задала вопрос начальнику отдела: «Ранее какие-то запросы, уточнения делались в отношении других страхователей?», - ей пояснено было, что такая практика пошла только с этого момента. Но не думает, что это был единственный случай. Не выясняли обстоятельства, влияющие на степень риска. Поэтому правовое основание признания договора недействительным, которое истец изложил в своём исковом заявлении как ст. 944 ГК РФ. В данной ситуации нельзя требовать признания договора страхования гражданской ответственности, как сделки, совершённой под влиянием обмана. Подтверждением этому может служить и судебная практика, п.14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 28.11.03 г. № 75, в котором указано, что существенными признаются обстоятельства, определённо оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования или в его письменном запросе. Они в судебном заседании и не оспаривали, что ответчик лишён водительских прав и был участником ДТП, но к данному исковому требованию это никакого отношения не имеет. А если имеет, то косвенное. Наряду с договором - полисом, стандартный бланк мог содержать также перечень обстоятельств, при наличии или отсутствии которых страхователь должен был сообщить, а также должно быть указано на ответственность страхователя за достоверность этих сведений. И в предыдущем судебном заседании представитель истца ответил, что об ответственности страхователя за достоверность тех или иных сведений предупреждён не был. Должно было быть основание в этом случае установить для ответчика повышенный тариф. Кроме того, сторона истца сама пояснила, что можно страховать лицо, у которого вообще нет водительских прав. Можно считать, что у ответчика вообще не было водительских прав. Поэтому отказать ему в договоре страхования истец не мог, а утверждать то, что ответчик какие-то ложные или недостаточные сведения представил, у истца оснований нет, потому что не представлены никакие доказательства тому. Доказательствами в данном случае могут являться только письменные документы, где было бы чётко написано. А в данном случае, если внимательно разобраться, даже при заполнении заявления, и свидетель не мог пояснить, как транспортное средство должно использоваться только в период с 2 июля 2011 г. по 1 июля 2011 г. Это документ, и такого в нём не должно быть. Сам страховой полис в данном случае можно признать тоже недействительным, потому что данные, которые записаны здесь - это тоже недостоверные данные. Ответчик не собственник, поэтому он и представил доверенность. Поэтому считает, что правовых оснований у истца нет. В ст.944 ГК РФ конкретно написано, что существенными признаются обстоятельства, оговоренные страховщиком в стандартной форме договора (страхового полиса или его письменном запросе). Тем более, у истца есть инструктивное письмо вышестоящей организации. Но и в самом страховом полисе есть поле особой отметки, где можно было указать об этом. Ссылка представителя истца на то, что свидетель предупреждён за дачу ложных показаний, не отменяет и то, что истец также не должен вводить суд в заблуждение. Оснований не доверять ответчику нет. Ответчик суд ранее не обманывал. Всё-таки, виноват истец, а вины ответчика нет.

Свидетель Щ., опрошенная в судебном заседании, суду показала, что в их представительстве истца они работают вдвоём. Она оформляла страховой полис ОСАГО ответчику. При оформлении полиса ею запрашивались у ответчика оригиналы документов. Ответчик представил ей оригиналы. Она сняла копию с водительского удостоверения. Она у каждого клиента, кого вписывают в страховку, снимает копию с оригинала водительского удостоверения. В момент оформления страхового полиса ответчик не предупреждал её о том, что лишён права управления транспортными средствами. Она утверждает, что ответчик представил оригинал водительского удостоверения. У неё имеются копии с оригиналов документов, которые ей он дал. Насколько она знает, у ответчика много машин. Она доверенность прикрепила к этому договору. Это та самая машина, по которой дело рассматривается. Если у страхователя нет свидетельства о регистрации транспортного средства, либо ПТС, либо личного паспорта, они могут отказать в заключении договора страхования. Эти документы обязательны при заключении договора страхования. Каким законодательным актом при этом они руководствуются, она не может сказать. Просто они не выписывают страховой полис. Должно писаться заявление о заключении договора обязательного страхования. Заявление о заключении договора обязательного страхования - это типовой бланк. У них есть правовое основание расширить круг вопросов или уточнений в этом заявлении. То, что в пункте 4 заявления указано, что транспортное средство будет использоваться только в период со 2 июля 2011 г. по 1 июля 2011 г. - это её описка, допущенная при спешке. В страховом полисе описки недопустимы. Под грубым нарушением условий страхования подразумевается то, что клиент уже страховался в их компании и у клиента было ДТП. Если клиент в их компании не страховался, пришёл к ним в первый раз, а участником ДТП был будучи застрахованным в другой страховой компании, они не считают это грубым нарушением условий страхования. Коэффициент по грубым нарушениям условий страхования «1» написан её рукой. Данный коэффициент означает, что не было никаких нарушений. Она не спрашивала у ответчика, были ли у него ранее нарушения, потому что он пришёл к ним в первый раз страховать эту машину. Ответчик первый год у них страховался, у него нарушений ещё не было. Ответчик у них страховал не первую машину. Когда пришёл страховать эту машину, у него не было никаких страховых случаев и никаких нарушений. Поэтому в заявлении они поставили коэффициент «1». Ответчик предоставил ей водительские права, она не спрашивала у него о наличии грубых нарушений условий страхования, и своей рукой поставила коэффициент «1». Договор страхования оформляла она. В договоре страхования есть графа «Особые отметки» - это тоже типовой бланк и данную графу можно расширить. Если клиент оформляет страховку не на год, а на 3 месяца или кого-то вписывает дополнительно, они в эту графу вписывают: «Продлён срок использования транспортного средства», либо «Внесены другие лица в перечень», либо «Машина не используется в качестве такси». Это они и указывают в особых отметках. Согласно этому страховому полису ответчик является собственником транспортного средства. Когда он пришёл к ней страховать машину, то сказал: «Я еду ставить её на учёт». А чтобы поставить машину на учёт, надо, чтобы страхователь являлся собственником, потому что машину ответчик оформляет на себя. И поэтому собственником она тоже написала ответчика. Доверенность есть от С. Но ответчик ей сказал, что едет ставить машину на учёт. А чтобы поставить её на учёт, надо, чтобы собственником машины был страхователь. Да, здесь она нарушила закон, т.к. собственником автомобиля был С., а ответчик собственником автомобиля не является. Всё, что ответчик дал ей, достаточно для заключения договора. Всё, что ей нужно было в паспорте, в доверенности, в правах, она записала. Она не знает, есть ли в законе основания, чтобы не заключать договор страхования. С лицом, у которого вообще нет водительских прав, но который является собственником, договор страхования заключить можно. В том случае, если бы ответчик сказал, что был участником ДТП, виновником, они бы ему не отказали в страховании. Они бы его приняли на страхование. Она всё равно бы застраховала эту машину, но тариф был бы повышенный. Договор они могут заключить вдвоём, либо она, либо специалист. Она конкретно не задавала ответчику вопрос о том, что лишен ли в настоящий момент водительских прав, либо не совершил ли административное правонарушение, потому что ответчик ей предоставил свои водительские права и сказал, что только он будет водить машину. Поэтому она у него не стала спрашивать. Она в г. Камбарке живет полтора года, и не знает, кто является участниками ДТП. Она услышала позже, когда уже произошло ДТП, от знакомых, которые вместе с ответчиком машины пригоняли, что он уже давно лишён водительских прав. Какие-либо уточняющие запросы о наличии водительских прав у ответчика они в ОГИБДД не делали. Направление таких запросов, стали практиковать после этого случая. При предоставлении ответчиком подлинного водительского удостоверения у неё сомнений не возникло, не лишён ответчик водительских прав, т.к. он ей предоставил водительское удостоверение. Договор страхования можно заключить с лицом, водительское удостоверение у которого отсутствует в случаях, если страхователь является собственником машины и оформляет неограниченную страховку, и может выписать доверенность, и любого может посадить за руль. Если просто купил машину и решил подарить машину другому, в таком случае тоже возможно оформление неограниченной страховки.

Суд, выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, свидетеля, изучив материалы дела в полном объеме, приходит к следующему.

Между сторонами истцом и ответчиком заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее договор страхования) посредством выдачи 02 июля 2011 г. страхователю полиса на основании его заявления.

На момент заключения оспариваемого договора страхования ответчик являлся законным владельцем транспортного средства, что подтверждается доверенностью, выданной собственником С. на имя ответчика.

Постановлением судьи от 01.04.2011 г., вступившим в законную силу 18.04.2011 г., ответчик лишен права управления транспортными средствами на 1 год 10 месяцев за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается документально, 08.08.2011 г. наступил страховой случай - ДТП, виновником которого является ответчик. В результате ДТП, произошло повреждение нескольких транспортных средств.

Страховщик посчитал, что договор страхования от 02 июля 2011 г. заключен под влиянием обмана, и обратился в суд с настоящим иском.

Требования страхового общества основаны на 179 и 944 ГК РФ.

В соответствии со статьей 179 (пунктом 1) ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Рассматриваемые правоотношения связаны с договором страхования.

В силу п. 2 ст. 940 ГК РФ договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (п. 2 ст. 434 ГК РФ) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.

В силу статьи 944 (пункта 1) ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

На основании пункта 3 статьи 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

Из содержания приведенных норм следует, что признание договора страхования недействительным по основаниям пункта 3 статьи 944 ГК РФ возможно при сообщении страхователем заведомо ложных сведений, то есть при рассмотрении таких исков суду необходимо установить наличие следующих условий:

  • страхователю в момент заключения договора и сообщения им известных ему сведений должно быть известно о том, что данные сведения не соответствуют действительности;
  • страхователь при заключении договора страхования должен иметь прямой умысел на сообщение несоответствующих действительности сведений.

Обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Обман заключается в преднамеренном, умышленном действии. Однако, материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что страхователь при заключении договора страхования умышленно сообщил страховщику заведомо ложные сведения, об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 944 ГК РФ.

В момент заключения договора страхования, ответчик сообщил страховщику сведения, необходимость предоставления которых оговорена страховщиком в его заявлении.

При этом, по мнению суда, не имеет существенного значения, предъявил ли ответчик в момент заключения договора страхования водительское удостоверение, которое, будучи лишенным права управления транспортными средствами, ответчик мог и не сдать в установленные законом сроки, либо только озвучил данные водительского удостоверения, поскольку заявление, представленное в материалы дела, не содержит в себе вопроса, связанного с тем, не лишен ли страхователь права управления транспортным средством.

Кроме того, представителем страховщика (Щ.) данный вопрос при оформлении полиса страхователю задан не был. Оснований не доверять показаниям свидетеля оснований не имеется.

Согласно статье 944 (пункту 2) ГК РФ, если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем.

В случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик мог самостоятельно выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска. Бремя истребования и сбора информации о риске лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений.

В данном случае истец соответствующим правом по проверке сведений, сообщённых ему страхователем при заключении договора страхования, не воспользовался.

Если страховщик, являющийся лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и вследствие этого более сведущий в определении факторов риска, не выяснил обстоятельств, влияющих на степень риска, а страхователь не сообщил страховщику заведомо ложные сведения о застрахованном имуществе, то страховщик, согласно пункту 2 статьи 944 ГК РФ, не может требовать признания недействительным договора страхования как сделки, совершенной под влиянием обмана.

Таким образом, вручение страхового полиса страховщиком, а также отсутствие претензий по существу представленных страхователем во время заключения договора сведений до момента наступления страхового случая (ДТП произошедшего 08 августа 2011 г. по вине ответчика), фактически подтверждает согласие истца с достаточностью и достоверностью предоставленных ответчиком сведений, и достижение соглашения об отсутствии дополнительных факторов риска.

Кроме того, по мнению суда, не основаны на требованиях действующего законодательства доводы представителя истца о том, что:

1) «указание ответчика только себя в качестве допущенного лица к управлению транспортным средством, при лишении этого лица права управления транспортным средством, противоречит закону»;

2) «ответчик должен был указать допущенным к управлению лицом другого человека»;

3) «в момент заключения договора ответчик не сообщил о том, что лишен права управления транспортным средством, следовательно, заключать с ответчиком договор по ОСАГО не было правовых оснований. Если бы ответчик сообщил им данные сведения, то договор не был бы заключен», поскольку:

В соответствии с нормой ст. 1 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее Закон N 40-ФЗ) "договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, и является публичным".

Поскольку договор ОСАГО отнесен к категории публичных, это означает регулирование его на основе правового режима, установленного ст. 426 ГК РФ.

Статья 426 ГК РФ определяет публичный договор как договор, заключенный коммерческой организацией и устанавливающий ее обязанности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые такая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратится. Коммерческая организация не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим в отношении заключения публичного договора, кроме случаев, предусмотренных законом и иными правовыми актами.

Страховая компания по своей юридической природе является коммерческой организацией, так как основной целью ее деятельности является извлечение прибыли.

Страхование как социально значимая сфера общественно-экономической жизни направлено на защиту интересов широкого круга лиц - потребителей страховых услуг.

Правовые последствия публичности предусмотрены ст. 426 ГК РФ. Следовательно, в соответствии с нормами ст. 426 ГК РФ страховая компания как коммерческая организация при наличии соответствующих обстоятельств обязана заключить договор с каждым владельцем транспортного средства, который к ней обратится.

В соответствии с условиями публичности договора страховая компания фактически лишена свободы выбора страхователя. Она не вправе отказаться или каким-либо образом уклониться от заключения договора страхования. Любой владелец транспортного средства имеет право на обращение в любую страховую компанию, имеющую лицензию на заключение договора ОСАГО.

Довод представителя истца о том, что у страховщика не имеется возможности вносить изменения в заявление на страхование, так как её форма установлена нормативными актами, суд считает несостоятельным.

Действительно, Приказом Минфина РФ от 01.07.2009 N 67н установлена форма заявления о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (Приложение N 1), в котором отсутствует вопрос: «Лишено ли лицо, допущенное к управлению транспортным средством, права управления автомобилем?».

Вместе с тем, в форме заявления имеется графа «Особые отметки». Свидетель Щ. показала, что графу «Особые отметки» можно расширить, в неё они заносили сведения о продлении срока использования транспортного средства, о внесении в перечень других лиц, о неиспользовании автомобиля в качестве такси.

Как правильно заметил представитель ответчика, страховщик имел возможность задать данный вопрос ответчику в графе «Особые отметки», чего не было сделано при заключении договора страхования.

Таким образом, принимая во внимание указанные обстоятельства, руководствуясь приведенными нормами права, учитывая, что в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие у ответчика прямого умысла на введение в заблуждение страховщика, а также наличия у страхователя противоправной цели в сообщении заведомо ложных для него сведений, то есть в целях обмана страховщика, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Лицам, участвующим в деле было разъяснено положение статьи 56 ГПК РФ, в части доказывания сторонами тех обстоятельств, на которые они ссылаются, от представления дополнительных доказательств лица участвующие в деле отказались.

 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований истца к ответчику о признании недействительным договора страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, заключенного между сторонами, и применении последствий недействительности сделки – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики через Камбарский районный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Полный текст решения изготовлен 05 марта 2012 года.

 

Судья С.Л. Ефимов