Юридические услуги адвоката с судейским опытом
Помогаю людям. Это точно.
Ефимов С. Л.
Телефон:
Адрес:
г. Ижевск, ул. Пушкинская, 116

В иске к больнице о компенсации вреда в связи со смертью новорожденного ребенка отказано

Смотрите кассационное определение по данному решению

 

  Дело № 2-91/2012
  РЕШЕНИЕ  
  Именем Российской Федерации  
г. Камбарка   18 апреля 2012 года

Камбарский районный суд Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Ефимова С.Л.,
при секретаре Балакиной С.П.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Е. к МУЗ «Камбарская ЦРБ» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Е. обратилась в суд с иском к МУЗ «Камбарская ЦРБ» о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 800000 рублей.

Иск мотивирован следующими доводами.

«Дата обезличена» истец встала на учет по беременности со сроком 11-12 недель беременности. Постановку на учет произвела врач женской консультации МУЗ «Камбарская ЦРБ» Ч. Повторные явки на прием, назначенные врачом, соблюдались ею в срок. Беременность протекала хорошо, без патологий и осложнений. Первое УЗИ было проведено «дата обезличена». Срок беременности составлял 13 недель 5 дней, что подтверждается протоколом скрининга (ультразвукового исследования 10-14 недель беременности). Кроме того, после постановки на учет в качестве беременной и при последующих посещениях врача, ее состояние врачом Ч. оценивалось как удовлетворительное (либо здорова), как отмечено в медицинских документах.

«Дата обезличена» в 16 час 10 мин. обратилась в Службу скорой медицинской помощи МУЗ «Камбарская ЦРБ», так как появились боли в области живота (внизу живота) с диагнозом - угрожающий аборт. После этого она была госпитализирована в хирургическое отделение МУЗ «Камбарская ЦРБ» с диагнозом - угроза прерывания беременности. Беременность составляла 21-22 недели. В палате, куда была госпитализирована, расположенной в хирургическом отделении, находились три женщины, двое из них ей знакомы. Первая женщина – В., на вид ей около 35 лет, проживает: адрес. Ранее она работала вместе с ней в «данные изъяты». Вторая является снохой у медицинского работника МУЗ «Камбарская ЦРБ» по имени «…». На вид второй женщине около 26-27 лет, с ней не общалась, имени ее не знает. Она лежала в больнице после проведенной гинекологической операции. Та женщина болела гриппом или ОРВИ, так как она сама говорила, что у нее болит горло, постоянно употребляла какие-то таблетки, говорила, что боится заразить своего грудного ребенка. Ребенка приносил на кормление грудью ее супруг. Третью девушку вообще не знает, та лежала с заболеванием почек, с ней истец вообще не общалась. У истца имелись боли внизу живота. В целом она чувствовала себя хорошо, симптомов простуды и гриппа не было. Так как постоянно находилась в палате с указанной выше женщиной, у которой было простудное заболевание, она также заразилась гриппом, но это в медицинских документах не отражено. Ее поместили в хирургическое отделение в связи с тем, что в родильном отделении больницы не было свободных мест. В пятницу, то есть «дата обезличена» была отпущена домой до понедельника, то есть до «дата обезличена». В тот день она позвонила по телефону в хирургическое отделение МУЗ «Камбарская ЦРБ» и сообщила врачу Ч., что не приедет, так как находилась в болезненном состоянии (была температура - 38,5). Она пила прополис и тем самым сбила температуру. За медицинской помощью по этому поводу не обращалась. В ходе телефонного с разговора с врачом Ч. она также предъявила ей претензии, а именно что в палате в хирургическом отделении, где находилась несколько дней, также находилась женщина (пациентка) в болезненном состоянии (с вирусом гриппа или ОРВИ - точно не знает). Врачу не указала конкретно имени той женщины.

У нее был на тот момент достаточно большой срок беременности, но, однако ее госпитализировали и положили на стационарное лечение в хирургическое отделение больницы. В хирургическом отделении находятся пациенты после операций, аварий, несчастных случаев, а также лица без определенного места жительства с различного рода инфекциями. В связи с этим полагает, что беременных женщин направлять на стационарное лечение и госпитализировать их в палаты хирургического отделения не правильно и не целесообразно, в том числе и по медицинским показателям.

«Дата обезличена» она не явилась для прохождения лечения в хирургическое отделение и в связи с этим была выписана из больницы за нарушение режима, о чем имеется запись в медицинских документах (в истории болезни).

«Дата обезличена» пришла на очередное обследование, так как на основании карты беременной она должна была именно в этот день пройти обследование. При очередном обследовании, жалоб на состояние здоровья у нее не было. После этого являлась исправно на прием к врачу «дата обезличена» и «дата обезличена».

«Дата обезличена» проведено ультразвуковое исследование врачом МУЗ «Камбарская ЦРБ» Р. Согласно проведенного ультразвукового исследования срок беременности составил 23-24 недели. Была указана предположительная дата родов - «дата обезличена». Каких-либо патологий, заболеваний, недомоганий у нее выявлено не было. Тем самым полагает, что беременность протекала удовлетворительно. В последующем, она неоднократно являлась на прием к врачу-гинекологу Ч., о чем имеются соответствующие записи в медицинских документах

«Дата обезличена» обратилась на прием к врачу-терапевту МУЗ «Камбарская ЦРБ» Ж., так как у нее имелись боли внизу живота. Согласно документу, составленному и подписанному Ж. от «дата обезличена», ей был поставлен диагноз «Анемия беременности 1 ст.».

«Дата обезличена» было проведено очередное ультразвуковое исследование, согласно которому беременность составляла 33-34 недели. Каких-либо побочных эффектов, противопоказаний при течении беременности в схеме ультразвукового обследования указано не было. Таким образом, она и будущий ребенок находились в удовлетворительном состоянии согласно записям в медицинском документе, однако структура плаценты была с воспалительным процессом. По каким-то причинам врач на данные показатели не обращает внимания, игнорирует, что «дата обезличена» она обращалась к врачу-терапевту МУЗ «Камбарской ЦРБ» Ж. с жалобами на боли внизу живота. В графе «жалобы» врач Ч. указывает, что жалоб не имеется, в частности «дата обезличена» указывает, что состояние беременной «здорова», жалоб не имеется, «дата обезличена» при на очередном приеме жалоб опять нет, «дата обезличена» ее состояние оценивается как «здоровая», жалоб не имеется, «дата обезличена» в графе жалобы написано слово «нет». Кроме того «дата обезличена» на приеме у врача женской консультации МУЗ «Камбарская ЦРБ» С. она сообщила, что у нее имеются боли внизу живота однако врач указывает в медицинских документах, что жалоб не имеется.

«Дата обезличена» в 01 ч. 10 минут была доставлена в родильное отделение МУЗ «Камбарская ЦРБ» службой скорой медицинской помощи. В 01 ч. 20 минут «дата обезличена» у нее родился мертвый ребенок женского пола. Указанные данные содержатся в выписке из истории родов №. В процессе родов медсестра К., сказала акушерке, что необходимо оживлять ребенка. Акушерка Н. сказала К.: «Как начальник скажет, команды не было». В процессе принятия у нее родов кроме акушерки и медсестры никого из медицинского персонала не было. В последующем, когда она родила мертвого ребенка в родильное отделение приехала Р. в заспанном состоянии. Чуть позже в родильное отделение приехал детский врач М. и заведующая Д. На момент приезда указанных сотрудников больницы спасать ребенка было уже поздно, реанимационные мероприятия проводить было нецелесообразно. Истца очень возмутило и она находилась в шоковом состоянии после того как услышала слова акушерки Н. о том, что начальник ничего не сказал, команды оживлять ребенка не было поэтому ею никаких мер по предупреждению наступления смерти моего ребенка не предпринималось. Кроме того, ее очень возмутило и возмущает в настоящее время достаточно халатное, вальяжное и несобранное поведение указанных выше врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ», которые не присутствовали при родах, а лишь спустя некоторое время приехали в родильное отделение. Для истца остается не понятным, почему во время принятия родов у женщины не присутствуют несколько врачей акушеров-гинекологов, на случай если возникнет какая-либо чрезвычайная ситуация. По мнению истца, врач акушер-гинеколог обладает специальными, узкими познаниями, который сможет грамотно и адекватно оказать помощь в случае возникновения каких-либо трудностей при принятии родов, однако акушерка Н. повела себя не профессионально, ненадлежащим образом оказала помощь ей при родах, халатно отнеслась к принятию родов, не провела соответствующие реанимационные мероприятия, что и повлекло наступление смерти ребенка.

«Дата обезличена» была выписана из родильного отделения МУЗ «Камбарская ЦРБ» на шестые сутки после родов. Никаких патологий выявлено не было.

Согласно справке о рождении составлена запись о рождении ребенка, родившегося мертвым за № от «дата обезличена».

Согласно выписке из протокола вскрытия № от «дата обезличена» основной причиной смерти явилось: интранатальная асфиксия плода вследствие воспаления в последе: гипоксические кровоизлияния в кожные покровы, эпикард, надпочечники, почки, ММО. Сопроводительная причина смерти: гранулематозный менингит.

После происшедшего истец находился в подавленном, стрессовом, негативном состоянии. На тот момент она не осознавала в полной мере, насколько врачи МУЗ «Камбарской ЦРБ» выполняли свои служебные обязанности халатно, недобросовестно, поверхностно.

«Дата обезличена» врач женской консультации МУЗ «Камбарская ЦРБ» Ч. в связи с рождением у нее мертвого ребенка выписала ей направление на консультацию в 1-ю Республиканскую клиническую больницу (в перинатальный центр). Консультацию и обследование должен был провести генетик. После проведенного обследования и консультаций было выписано медицинское заключение, согласно которому причиной мертворожденности явилась внутриутробная инфекция. Показаний для обследования не имелось.

По мнению истца, данное обстоятельство указывает на не компетентность, не профессионализм врача МУЗ «Камбарская ЦРБ» Ч., так как в случае, если у нее не было показаний для прохождения указанного выше обследования (прохождения консультации), то тогда для чего необходимо было направить ее на это обследование. Кроме того, когда приехала в больницу по направлению Ч. для обследования (консультации) она в течение всего дня будучи в подавленном, послешоковом состоянии прождала в очереди практически весь день, при этом наблюдала сама того не желая за семейными парами, ожидающими пополнение в семье, за беременными девушками и женщинами. Для нее это послужило своего рода «моральным ударом», что отразилось на ее настроении, общем самочувствии, эмоциональном состоянии.

«Дата обезличена» ею было направлено письменное заявление министру здравоохранения УР, в котором походатайствовала о проведении служебной проверки по факту смерти ее новорожденного ребенка. Кроме того в заявлении она попросила выдать результаты проверки нарочным в ее адрес.

В связи с тем, что на указанное выше заявление в Министерство Здравоохранения УР письменный ответ в ее адрес направлен не был и требования были проигнорированы, была вынуждена «дата обезличена» обратиться с письменным заявлением в Прокуратуру УР, в котором попросила провести проверку по факту смерти ее новорожденного ребенка и привлечь к ответственности виновных лиц. В этот же день, лично ей был выдан ответ из Министерства здравоохранения УР, согласно которому была проведена служебная проверка качества оказания ей медицинской помощи в МУЗ «Камбарская ЦРБ» в соответствии с приказом МЗ УР от «дата обезличена» № «О проведении служебной проверки». В результате проведения служебной проверки, комиссией сделаны следующие выводы: 1) настоящая беременность была отягощена ОРВИ в 10 недель беременности, анемией 1 степени в 26-27 недель беременности, острым гастродуоденитом в 33 недели беременности, стрессовой ситуацией; 2) при наблюдении в женской консультации МУЗ «Камбарская ЦРБ» выявлены тактические ошибки: наблюдение не соответствует медицинским стандартам: отсутствуют консультации ЛОР-врача, стоматолога, инфекциониста, кардиолога; обследование на перинатально значимые инфекции проведено не в полном объеме; не проведены кардиотокография и доплерометрия; 3) не произведен перевод на легкий труд в период беременности; 4) не проведено стационарное лечение в 33-34 недели беременности при наличии показаний. Замечания, выявленные в результате служебной проверки, доведены до главного врача МУЗ «Камбарская ЦРБ». С целью устранения выявленных замечаний, главным врачом МУЗ «Камбарская ЦРБ» приняты меры дисциплинарного взыскания в отношении сотрудников, допустивших ошибки, проведены мероприятия по устранению выявленных недостатков по наблюдению беременных женщин в женской консультации.

«Дата обезличена» из Прокуратуры УР на ее имя был направлен ответ, что написанное в указанное ведомство заявление по подведомственности направлено в Министерство здравоохранения УР для рассмотрения и проведения служебной проверки.

«Дата обезличена» ею было написано заявление в Прокуратуру УР, в котором она указала, что не ознакомлена с документами проведенной проверки по факту смерти ее ребенка. В этот же день была ознакомлена с документами проведенной проверки. Среди них была ознакомлена с выпиской из протокола № заседания комиссии по разбору причин МС ребенка (мертворожденной) от «дата обезличена» МУЗ «Камбарская ЦРБ». В данной выписке были указаны следующие выводы: 1) женщине с ХФПН не проведено адекватное лечение в женской консультации; 2) не проведена КТГ в динамике; 3) некачественное УЗИ-обследование (не диагностировано краевое прикрепление плаценты); 4) не проведена допплерография. Также в данной выписке из протокола заседания имеется решение: 1) установить аппарат КТГ в удобном для пациенток месте, определить график работы, ответственный - акушерка ж/к Ф. 2) начать проведение допплерографии в ЦРБ, обучить на рабочем месте врача функциональной диагностики - ответственный Ш.; 3) подробное и качественное оформление протоколов УЗИ; 4) лишить врачей ж/к Ч. и С., акушерку Ф. оплаты по родовым сертификатам за «дата обезличена» на 50 %; 5) руководителю объявить замечание и усилить контроль за ведением беременных женщин в женской консультации.

Данная выписка из протокола подписана главным врачом МУЗ «Камбарская ЦРБ».

«Дата обезличена» истец вновь забеременела. Со своим супругом они осознанно решились на еще одного ребенка. Беременность была желанная. Она надеялась, что все ее душевные страдания, связанные с произошедшим, забудутся, в семье нормализуются взаимоотношения. Однако стресс и расстройства повлекли прерывание беременности. В «дата обезличена» у нее произошел выкидыш. После произошедшего, находилась на стационарном лечении в 1-й Республиканской больнице в г. Ижевске. После прохождения лечения некоторое время находилась на лечении в отделении неврозов в Республиканской психиатрической больнице в г.Ижевске, так как самостоятельно восстановиться после пережитого не могла. У нее вновь появилось депрессивное состояние, безразличие ко всему. На восстановлении в отделении неврозов находилась не длительное время, потому что у супруга изменился график работы, и ей необходимо было присматривать за старшим сыном дома.

В связи со смертью ребенка при родах, в связи с тем, что и при последующей беременности у нее произошел выкидыш, у них с супругом часто стали возникать разногласия, ссоры, конфликты, что привело к расторжению брака и семейных отношений в целом.

По мнению истца, халатность врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ», в частности Ч. и С., привели к гибели ее новорожденного ребенка, способствовали ухудшению ее эмоционального и психического состояния, возникновения у нее неуверенности при последующей беременности, в нежелании обращаться за медицинской помощью в МУЗ «Камбарская ЦРБ». Кроме того из-за халатности врачей у нее расстроились отношения с супругом, с которым они вынуждены были расторгнуть брачно-семейные отношения. Противоправными действиями врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ», истцу нанесли нравственные и физические страдания, то есть моральный вред, на возмещение которого имеет право в соответствии со ст. 151 ГК РФ.

В судебном заседании истец Е. поддержала исковые требования по основаниям, указанным в иске и письменных пояснениях от «дата обезличена» на возражение МУЗ «Камбарская ЦРБ» от «дата обезличена».

Представитель истца адвокат Ю. поддержал исковые требования Е. и пояснил, что законом четко расписано, что моральным может быть вред, который носит не имущественный характер, и под этим подразумеваются нравственные страдания, физическая боль, которая причиняется человеку в силу каких-то деликтов. Полагает, что недобросовестными действиями медицинских работников МУЗ «Камбарская ЦРБ», которые повлекли смерть при рождении ребенка Е., причинили ей нравственные страдания, которые в последующем повлекли расторжение брака Е. со своим супругом, прекращение очередной беременности выкидышем, нахождением продолжительное время в депрессивном состоянии. Материалами дела, в том числе и медицинскими документами, подтверждается виновность медицинских работников, оказавших халатно и недобросовестно медицинскую помощь Е., вследствие чего у последней родился мертвый ребенок. Сам факт того, что главным врачом Камбарской ЦРБ проводилось обсуждение причин произошедшего совместно с другими медицинскими работниками с привлечением виновных лиц к дисциплинарной ответственности и сделанные в последующем выводы, говорит о том, что формально медицинские работники признали свои упущения и недочеты в работе. Кроме того, заместителем министра здравоохранения УР сделаны выводы произошедшего, в которых указано, что, в том числе, наблюдение Е. как беременной не соответствовало медицинским стандартам, а также не проведены иные медицинские мероприятия. Таким образом, данные обстоятельства, установленные самими медицинскими работниками и их руководством, свидетельствуют о наличии халатного, недобросовестного отношения к Е. при оказании ей медицинской помощи (при наблюдении в качестве беременной и при принятии у нее родов), что в последующем повлекло летальный исход - смерть новорожденного.

Представитель ответчика В., участвующий на основании доверенности, исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражении на иск. Суду дополнительно пояснил, что истцом не доказан факт наличия противоправных действий со стороны сотрудников МУЗ «Камбарская ЦРБ». Не указана причинно-следственная связь между действиями работников МУЗ «Камбарская центральная районная больница» и возникшими последствиями, в данном случае гибелью плода. Не обоснованно утверждение истца о том, что приказом подтверждается вина работников ЦРБ. Если бы вина работников ЦРБ была доказана, они бы были привлечены к уголовной ответственности.

В возражении на исковое заявление от «дата обезличена», представитель ответчика указывает, что вины работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» в мертворождении ребенка Е. нет, так как каких - либо действий и бездействий, послуживших причиной рождения мертвого ребенка у Е., сотрудники МУЗ «Камбарская ЦРБ» не совершали.

Напротив, сама Е. в период беременности и наблюдения у врачей МУЗ Камбарская ЦРБ» не выполняла в полном объеме требования врачей по прохождению лечения и соблюдения режима беременной.

Так, если отследить медицинские документы с 20-22 недель у Е., установлен диагноз: фетоплацентарная недостаточность. При установлении указанного диагноза до срока беременности 20 - 22 недели, беременность по медицинским показаниям всегда прерывается абортом, так как при наличии указанной патологии предсказать результат развития беременности и родов практически невозможно, ребенок может родиться как мертвым, так и живым. При установлении данного диагноза Е.должна была соблюдать соответствующий режим дня, принимать соответствующие медицинские препараты, которые ей и были назначены к приему, исходя из представленных медицинских документов.

Вместе с тем, Е. сама не соблюдала установленный режим, у нее имелись стрессовые ситуации, в том числе и связанные с ведением ей в указанный период судебного дела по восстановлению ее на работе, хотя судя по рекомендациям врачей и исходя из медицинских документов, ей было рекомендовано поберечься в связи с возникшей угрозой прерывания беременности.

Кроме того, в указанный же период времени Е. испытывала иные значительные нагрузки, отвозила ребенка на отдых в профилакторий «…», хотя ей в период беременности, начиная с самого начала наблюдения, был рекомендован покой.

Доводы Е. в той части, что ее в хирургическом отделении МУЗ Камбарская ЦРБ» поместили в палату с пациенткой, которая была больна гриппом, ничем не подтверждены. Данная ситуация чисто гипотетически невозможна, так как при наличии у больного диагноза грипп, он при наличии иных заболеваний, помещается в другую палату, в которой устанавливается карантин, либо ему при возможности прохождения амбулаторного лечения устанавливается домашний режим прохождения лечения.

Ссылка Е. на то обстоятельство, что после прохождения лечения в МУЗ «Камбарская ЦРБ» с «дата обезличена» по «дата обезличена» она заболела и заразилась гриппом также ничем не подтверждены, так как в материалах дела отсутствуют медицинские документы, подтверждающие наличие данного диагноза у Е., а сам человек, не обладающий медицинскими познаниями, установить данный диагноз не может. Более того, если допустить, что у Е. в указанный период времени и появилось какое-то заболевание, либо ОРВИ, она при наличии беременности должна была незамедлительно обратиться за медицинской помощью.

Беспочвенна ссылка Е. и на то обстоятельство, что она сбивала температуру прополисом, так как прополис как медицинское средство оказывает лишь антисептическое действие.

При изложенном комплексе возражений и в связи с отсутствием соответствующих доказательств, невозможно сделать однозначный вывод о наличии вины в действиях сотрудников МУЗ «Камбарская ЦРБ», наличие которых послужило причиной мертворождения ребенка у Е., в связи с чем последней в удовлетворении заявленных исковых требованиях должно быть отказано в полном объеме.

В судебное заседание истец представила письменные пояснения на возражения ответчика, в которых указывает, что с 20-22 недели ей установлен диагноз: фетоплацентарная недостаточность, диагноз, установленный в этом сроке, всегда прерывается абортом. При установленном диагнозе врач не оповестил ее об этом, не взял расписку о предупреждении и последствиях, также нет записи в амбулаторной, диспансерной и карте беременной.

При поставленном диагнозе беременная должна принимать соответствующие медицинские препараты. Первая запись о назначении медицинских препаратов (витамины) при соответствующем диагнозе была сделана лишь в 30 недельную беременность, т.е. через 2 месяца после выявленного диагноза.

Имелись стрессовые ситуации, беременной было порекомендовано
«поберечься». Зная об угрозе прерывания беременности, врач не положил ее на сохранение в больницу, а также не перевел на легкий труд.

Она отвозила ребенка на отдых в профилакторий «…», хотя беременной с начала наблюдения был рекомендован покой. В санаторий ездила на сроке 15 недель, а диагноз: ФПН был поставлен в 20-22 недели. На данном сроке - 15 недель угрозы прерывания беременности не было, врачом не предупреждена, санаторно-курортная карта была подписана врачом-гинекологом, терапевтом, дермовенерологом, заверена тремя печатями Камбарской ЦРБ.

С «дата обезличена» находилась на стационарном лечении в больнице в хирургическом отделении, где получила внутрибольничную инфекцию. Не обладая медицинскими познаниями, установить данный диагноз: грипп или ОРВИ не может. При наличии беременности должна незамедлительно обратиться за медицинской помощью. К лечащему врачу она лично обратилась с жалобами на озноб, повышение температуры. Врач не назначил ей никакого лечения и в карте не сделал пометку об ее обращении.

В связи со смертью ребенка «дата обезличена» по ее заявлению в Минздрав УР от «дата обезличена» была проведена служебная проверка, был издан приказ № о наложении взыскания с сотрудников МУЗ «Камбарская ЦРБ». С приказом сотрудники были ознакомлены.

С приказом о том, что «из-за некачественного лечения и неполного обследования при родах произошла внутриутробная гибель плода, в результате родился мертвый доношенный ребенок», она согласна.

Суд, выслушав объяснения истца, представителей сторон, исследовав материалы дела, установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии с п… Устава ответчика – МУЗ «Камбарская ЦРБ» является юридическим лицом и в пределах находящихся у нее денежных средств отвечает по своим обязательствам в соответствии с действующим законодательством. Целью создания учреждения является оказание квалифицированной медицинской помощи населению Камбарского района УР (п… Устава) (л.д… и его оборот).

Исходя из цели деятельности, ответчик заключил трудовые договора и принял на работу в должности врача-акушера-гинеколога в женской консультации Ч.; в должности врача-акушера-гинеколога кабинета планирования семьи С., в должности врача-акушера-гинеколога, заведующей акушерским отделением Р.; в должности акушерки в акушерском отделении Н. (л.д…).

Установлено, что наблюдение истца Е. до 32 недель беременности вела врач Ч., после 32 недель беременности и до родов истца - врач С.

На момент рассмотрения дела С.в трудовых отношениях с МУЗ «Камбарская ЦРБ» не состоит.

Согласно выписке из истории родов № родильного дома МУЗ «Камбарская ЦРБ» «дата обезличена» в 1 час 20 минут у Е. родился мертвый ребенок, роды 2-ые стремительные, в переднем виде затылочным предлежанием, мертвым плодом. Е. выписана из родильного отделения «дата обезличена» (л.д…).

Справкой о рождении, подтверждено составление записи о рождении ребенка у Е. и ее мужа, родившегося мертвым, актовая запись № от «дата обезличена» (л.д…).

Уголовные дела в отношении Ч., С., Р. и Н. в соответствии со 293 УК РФ (халатность) не возбуждалось.

В «дата обезличена» Е. вновь забеременела. Согласно данным ультразвукового исследования (УЗИ) № от «дата обезличена», проведенного истцу в перинатальном центре МЗ УР 1 Республиканской клинической больницы, установлено, что у Е. произошел самопроизвольный выкидыш (л.д…).

С «дата обезличена» по «дата обезличена» истец находилась на лечении в отделении неврозов в ГУЗ и СПЭ «Республиканская клиническая психиатрическая больница МЗ РФ». Согласно выписке из истории болезни Е. обратилась за помощью вследствие рождения второго ребенка, который умер во время родов. Считает, что в этом виноват медперсонал роддома. С того времени снизилось настроение, появились неприятные ощущения на коже, ком в груди, ощущение нехватки воздуха, тревога, страх. При выписке истцу поставлен диагноз - пролонгированная депрессивная реакция, обусловленная расстройством адаптации. Сопутствующий диагноз – остаточные явления перинатальной энцефалопатии в виде синдрома НЦД. Остеохондроз грудного отдела позвоночника вне обострения (л.д…).

Согласно медицинскому заключению Е. находилась на консультации врача психотерапевта Консультационной поликлиники 1-ой Республиканской клинической больницы, которой был поставлен диагноз невроз (ситуационный). Выраженный тревожный депрессивный синдром (л.д…).

Данные обстоятельства установлены в судебном заседании пояснениями сторон, представленными доказательствами и сторонами в целом не оспариваются.

Суд считает, что в удовлетворении исковых требований Е. о возмещении морального вреда следует отказать по следующим основаниям.

Статья 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Гражданский кодекс РФ установил, что моральный вред подлежит денежной компенсации при условии, что он явился результатом действий, нарушающих личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях предусмотренных законом (ст. 151 ГК РФ).

В силу закона к нематериальным благам гражданина относятся жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, честь, доброе имя, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, неприкосновенность жилища и другие (ст. 150 ГК РФ).

При этом п.1 ст. 1068 ГК РФ предусмотрено возмещение юридическим лицом вреда, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Пленум Верховного Суда РФ в п.2 постановления от 20.12.1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п.8 постановления).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению в рамках рассматриваемого спора, являются:

  • факт причинения морального вреда и его размер,
  • противоправность действий (бездействий) работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» Ч., С., Р., Н. (не выполнение или ненадлежащее выполнение ими своих должностных обязанностей при оказании медицинской помощи истцу),
  • причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» и причиненным истцу моральным вредом,
  • в чем выразились нравственные страдания истца.

В порядке статей 12, 56 ГПК РФ обязанность доказывания вышеуказанных обстоятельств возложена судом на истца Е.

Предъявляя требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, истец указывает, что моральный вред причинен ей тем, что из-за недобросовестного, халатного отношения врачей женской консультации МУЗ «Камбарская ЦРБ» - Ч., С., Р., акушерки родильного отделения Н.,при оказании ей медицинской помощи (при наблюдении в качестве беременной и при принятии у нее родов), что повлекло летальный исход - смерть ее новорожденного ребенка, в последующем претерпевала из-за этого продолжительное время нравственные страдания. Подтверждением своих доводов истец считает представленные в деле медицинские документы.

Исходя из материалов дела, суд считает документально доказанным факт причинения истцу Е. морального вреда, который заключается в нравственных переживаниях истца в связи с рождением мертвого ребенка, выраженных длительной депрессией, последующей неблагополучной беременности, прекратившейся выкидышем, стрессом, прохождением лечения в психиатрической больнице и наблюдением у врача-психотерапевта.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств, безусловно подтверждающих факт того, что в результате противоправных действий работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» истцу причинен моральный вред.

Согласно данным Карты беременной Е. она встала на учет по беременности в женскую консультацию «дата обезличена» со сроком 11-12 недель. Дни явки на прием, назначенные врачом-акушером-гинекологом Ч. истец проходила регулярно 12 раз. Истцу были проведены три плановых ультразвуковых исследования, в 13-14 недель, в 23-24 недели, в 33-34 недели (л.д…). По плану наблюдения беременной, «дата обезличена» в 30 недель беременности истец осмотрена участковым терапевтом. В последнее посещение женской консультации «дата обезличена» у истца выявлено головное предлежание, сердцебиение плода ясное, отеков нет, установлен диагноз беременность 38 недель, ФПН, анемия беременной (л.д…).

Как пояснила в суде наблюдавшая беременность истца врач Ч., что когда женщина встаёт на учёт по беременности, они сразу составляют сводку патологических данных, т.е. состояние и заболевания, которые на данный момент у женщины уже имеются, и если в течение беременности у женщины ещё появляются заболевания, они дополняют сводку, и составляется группа риска на определённые сроки беременности, чтобы дальше вести женщину по группе риска.

Из Сводки патологических данных (л.д…) следует, что у Е. имели место:

  • ОРВИ в 9-10 недель;
  • преждевременные первые роды;
  • два медицинских аборта;
  • хронический эндоцервинит;
  • угроза прерывания беременности в 20 недель (стационарное лечение в хирургическом отделении);
  • анемия беременной в 30 недель;
  • фетоплацентарная недостаточность (ФПН) в 33-34 недели (по УЗИ от «дата обезличена»);
  • гастрит (на приеме у терапевта).

По прогнозу врачей истец шла как угрожаемая на невынашивание и плацентарную недостаточность.

В Карте беременной Е. на дату посещения «дата обезличена» зафиксирована жалоба истца на боли в низу живота, длящиеся примерно неделю, изжога. Врачом постановлен диагноз истца в 14 недель ОАА (отягощенный акушерский анамнез, т.е. наличие у истца абортов), угрожаема на невынашивание, указано, что мест в хирургическом и родильном отделении нет. Как пояснила в суде врач Ч., на тот период мест на госпитализацию в роддоме и хирургическом отделении не было, поэтому истцу было назначено симптоматическое лечение, т.е. на сохранение беременности.

Вопреки рекомендациям врача Е. отправилась по путевке вместе со своим сыном в профилакторий «….», где и пробыла с «дата обезличена» по «дата обезличена». На следующую явку «дата обезличена» в карте беременной жалоб со стороны истца не зафиксировано (л.д…).

«Дата обезличена» истец обратилась в службу скорой помощи на боли внизу живота. На 19-20 недели беременности, с диагнозом угрожающий аборт истец была направлена в хирургическое отделение МУЗ «Камбарская ЦРБ». В иске и суде истец ссылается, что она была помещена в хирургическое отделение, в котором она по ее медицинским показаниям не должна находиться, т.к. в отделении находятся люди после операций, аварий и несчастных случаев и с различными инфекциями; с «дата обезличена» по «дата обезличена» истец находилась в палате с пациенткой, которая была больна гриппом или ОРВИ, и от которой она впоследствии заразилась гриппом; с «дата обезличена» была отпущена домой до «дата обезличена», у нее поднялась температура, и истец была вынуждена была лечиться дома прополисом.

Указанные доводы истца суд признает несостоятельными. Наблюдавшая беременность истца врач-акушер-гинеколог Ч., будучи допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля и предупрежденная об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, суду показала, что истец была положена на сохранение в хирургическое отделение, т.к. в больнице нет гинекологического отделения, в хирургическом отделении выделена палата на 5 коек, где пролечиваются все гинекологические больные, в т.ч. и акушерские больные до 22 недель включительно. После 22 недель беременности женщин кладут в роддом на сохранение, на лечение, которое им необходимо, в том числе и на роды. С проявлением вирусных заболеваний они женщин в стационар не кладут, они находятся на больничном листе, на амбулаторном лечении, т.е. лечатся дома. С явными признаками вирусных заболеваний, подтвержденных терапевтом, они больных стараются изолировать, проводят карантинные мероприятия. Свидетель также указала, что прополис не является средством для снижения температуры, он действует местно, как антисептик.

Следовательно, истцом не подтверждено то обстоятельство, что после нахождения в больнице у истца была высокая температура, и она заразилась гриппом, т.к. в материалах дела отсутствуют медицинские документы, свидетельствующие об обращении Е. за медицинской помощью в больницу или наблюдавшему ее врачу, и о наличии данного заболевания, а прополис не является жаропонижающим средством.

Согласно выписке из истории болезни Е. была выписана из хирургического отделения «дата обезличена» за нарушение режима в связи с отсутствием в отделении (л.д..).

Таким образом, в период наблюдения беременности в действиях истца Е. имело место несоблюдение последней рекомендаций врача и назначенного стационарного лечения в связи с угрозой прерывания беременности.

Суд принимает во внимание доводы представителя ответчика в том, что истец не соблюдала установленный режим, у нее имелись стрессовые ситуации, в том числе и связанные с ведением ей в указанный период судебного разбирательства по восстановлению на работе, хотя судя по рекомендациям врачей и исходя из медицинских документов, ей было рекомендовано поберечься в связи с возникшей угрозой прерывания беременности.

Как следует из представленной в дело копии резолютивной части заочного решения суда, удовлетворены исковые требования Е. к ООО «…» о восстановлении на работе в качестве «данные изъяты», взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, судебных расходов. Судебное разбирательство по ее делу продолжалось в период беременности истца и практически до родов, тем самым на момент рассмотрения дела и вынесения судом решения у истца в течение беременности имел место стрессовый фактор по поводу ее незаконного увольнения с работы.

Данные выводы суда также подтверждаются материалами служебной проверки комиссией врачей Министерства здравоохранения УР от «дата обезличена» в связи с обращением Е. по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи в период беременности в МУЗ «Камбарская ЦРБ». В результате служебной проверки комиссией сделаны выводы:

1. настоящая беременность была отягощена ОРВИ в 10 недель беременности, анемией 1 степени в 26-27 недель беременности, острым гастродуоденитом в 33 недели беременности, стрессовой ситуацией (увольнением с работы);

2. при наблюдении в женской консультации МУЗ «Камбарская ЦРБ» выявлены тактические ошибки: наблюдение не соответствует медицинским стандартам: отсутствуют консультации ЛОР - врача, стоматолога, инфекциониста, кардиолога; обследование на перинатально значимые инфекции проведено не в полном объеме; не проведены кардиотокография и доплерометрия;

3. не произведен перевод на легкий труд в период беременности;

4. не проведено стационарное лечение в 33-34 недели беременности при наличии показаний (л.д…).

Согласно данным протокола № заседания комиссии врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ» по разбору причин младенческой смертности ребенка Е. (мертворожденной) от «дата обезличена» (л.д….) Е. поступила в родильное отделение «дата обезличена» в 01.10 во 2-м периоде родов в удовлетворительном состоянии. При осмотре женщины схватки с "дата обезличена" с 22-00 часов, когда отошли околоплодные воды, она не знает. С диагнозом: Беременность 38-39 недель, 2 период родов, ОАА (отягощенный акушерский анамнез), внутриутробная гибель плода взята на родовой стол. Роды в 01-20 мертвым плодом женского пола с весом 3246, длина 51 см.

Клинический диагноз: Беременность 38-39 недель, Интранатальная асфиксия плода.

П/анатомический диагноз: Основной – Интранатальная асфиксия плода вследствие воспаления в последе. Гипоксические кровоизлияния в кожные покровы, эпикард, надпочечники, почки ММО (Р 20.1). Сопутствующий – Гранулематозный менингит (морфологически хламидийный).

В результате заседания комиссией были сделаны следующие выводы:

1) женщине с ХФПН не проведено адекватное лечение в женской консультации;

2) не сделан КТГ в динамике;

3) некачественное УЗИ-обследование (не диагностировано краевое прикрепление плаценты);

4) не проведена допплерография.

По данному факту главным врачом МУЗ «Камбарская ЦРБ» были приняты меры дисциплинарного взыскания в отношении врачей женской консультации Ч. и С., а именно лишения на 50% оплаты по родовым сертификатом за «дата обезличена» и объявление выговора по приказу от «дата обезличена» № «О наложении взыскания». А также проведены мероприятия по устранению выявленных комиссией недостатков по наблюдению беременных женщин в женской консультации.

Исходя из представленных медицинских документов, можно сделать вывод о том, что помимо действий истца Е. по несоблюдению рекомендаций врачей и назначенного лечения, нахождения истца в период беременности в стрессовой ситуации, имели место действия работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» по ненадлежащему исполнению трудовых обязанностей по ведению наблюдения течения беременности Е. в женской консультации.

В обоснование своих исковых требований Е. ссылается на то, что во время родов не присутствовал врач–акушер–гинеколог, а только медсестра К. и акушерка Н., которые из-за халатного поведения не провели реанимационные мероприятия по оживлению ребенка Е., что повлекло к наступлению смерти ребенка.

Согласно Инструкции об определении критериев живорождения, мертворождения и перинатального периода, утвержденной Приказом-постановлением Минздрава РФ и Госкомстата РФ от 4 декабря 1992 г. N 318/190 "О переходе на рекомендованные Всемирной организацией здравоохранения критерии живорождения и мертворождения", живорождением является полное изгнание или извлечение продукта зачатия из организма матери вне зависимости от продолжительности беременности, причем плод после такого отделения дышит или проявляет другие признаки жизни, такие, как сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры, независимо от того, перерезана пуповина и отделилась ли плацента. Каждый продукт такого рождения рассматривается как живорожденный.

Доводы истца опровергаются показаниями заведующей родильным отделением, врача – акушера- гинеколога Р., акушерки Н. и медсестры палаты новорожденных К., допрошенных в судебных заседаниях в качестве свидетелей и предупрежденных об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Так, свидетель Р. суду показала, что истец в первый период родов просидела дома, поступила к ним (в родильное отделение) уже в потужном периоде, родила за 10 минут, то есть здесь уже ничего нельзя сделать. Ей не успели сделать КТГ, так как его нужно делать минимум 15-20 минут. Когда она подъехала, ребенок был запеленат, женщина находилась на родовом столе. Ребенок родился мертвым, имелась мацерация кожных покровов, т.е. отслоение эпидермиса. Есть приказ Министерства здравоохранения РФ, в котором указаны критерии живорождения, мертворождения. Живорождением является полное изгнание или извлечение продукта зачатия из организма матери вне зависимости от продолжительности беременности, причем плод после такого отделения дышит или проявляет другие признаки жизни, такие сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры, независимо от того, перевязана пуповина и отделилась ли плацента. Мертворождением является с продукта зачатия до его полного изгнания или извлечения из организма матери зависимости от продолжительности беременности. На смерть указывает отсутствие у плода после такого отделения дыхания или любых других признаков жизни, таких сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры. При рождении данного ребенка не было ничего из критериев, указывающих на живорождение.

Принимавшие участие в родах истца свидетели Н. и К. подтвердили отсутствие у ребенка Е. четырех признаков живорождения.

В частности свидетель Н. показала, что «дата обезличена» поступила к ней Е. со схватками. Когда посмотрели, то на выходе она уже была в потужном периоде, ее сразу переодели, свидетель ее посмотрела вагинально, головка была на выходе. Она послушала сердцебиение у ребенка, не услышала и спросила у женщины, давно не шевелиться ребенок, она сказала давно. Тут же пошли на родовой стол, и ребенок родился без признаков жизни. Сердцебиение у ребенка она прослушивала фонендоскопом. Они работают по приказу Министерства здравоохранения РФ, в котором перечислены признаки живорождения. Если нет признаков жизни, то реанимацию не проводят. У ребенка не было признаков живорождения: ребенок не дышал, не было пульсации пуповины, сердцебиения, движения мускулатуры.

Свидетель К. показала, что Е. поступила уже в потужном периоде. Снять КТГ и послушать сердцебиение было невозможно. Они её быстро положили на родовой стол и она в течение 10 минут родила. Родила сама мёртвого ребёнка. Воды были микониальные. Это значит, что ребёнок внутриутробно уже долгое время страдал. Бывает, в водах просто присутствует миконий, это значит, ребёнок какое-то время страдал, например, час или два, а когда ребёнок страдает большее время, воды прокрашиваются миконием. У ребенка была мацерированная кожа. Никаких признаков живорожденности не было, и поэтому проводить ребенку реанимационные мероприятия не было необходимости.

Суд доверяет показаниям указанных свидетелей, за исключение ссылки на наличие у мертворожденного ребенка истца мацерации кожных покровов, поскольку данный факт опровергается данными протокола вскрытия. В остальном в судебном заседании свидетели Р., Н. и К. давали четкие и последовательные показания, которые также подтверждаются представленными в деле медицинскими документами. Материалами служебной проверки комиссией врачей Министерства здравоохранения УР от «дата обезличена» также не выявлено замечаний по ведению родов Е. в родильном отделении (л.д….).

Вместе с тем суд считает, что истец не представила доказательств, подтверждающих вследствие каких именно действий (бездействий) врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ» в период наблюдения беременной и/или во время родов произошла внутриутробная гибель ребенка истца.

Из протокола вскрытия ребенка № от «дата обезличена» следует, что мертворожденная девочка Е. от 4-ой беременности, протекавшей на фоне перенесенных абортов, угрозы прерывания беременности, хронического эндоцервицита и ОРВИ; 2-х самостоятельных срочных родов. Смерть плода наступила в родах (отсутствие мацерации и аутолиза) от асфиксии (наличие гипоксических кровоизлияний в кожу и внутренние органы). Причина интранатальной гибели - воспаление в последе с поражением плодных оболочек пуповины, базальной пластинке и ворсин в последе. Воспаление в ворсинках и базальной пластинке характерно для гематогенного пути инфицирования. Кроме того у плода обнаружено поражение мягких мозговых оболочек, характерное для хламидиоза. Плод сформирован правильно. Рекомендовано женщине исключить хламидийно-бактериальную-урогенитальную инфекцию, и обследование на TORCH- инфекции.

В карте роженицы и результатах исследования плаценты от «дата обезличена» указано, что характер околоплодных вод зеленые и густые, прокрашены меконием. Обнаружено краевое прикрепление сосудов пуповины к плаценте, аномалия формы плаценты (л.д...).

Свидетель Ч. в суде показала, что у истицы имелись ранние роды, два аборта, данная беременность была четвёртая, истец шла как угрожаема на невынашивание и плацентарную недостаточность, потому что ОРВИ в ранние сроки беременности и два предыдущих медаборта могли повлиять на течение беременности именно в плане невынашивания, т.е. прерывание беременности на любом сроке или возникновение фетопланцентарной недостаточности, т.е. неправильное развитие системы «мать-плацента-плод», именно той системы, которая обеспечивает достаточное поступление необходимых питательных веществ, кислорода к ребёнку во время беременности матери. В связи с тем, что идёт неправильное развитие плацентарной системы, если идёт неправильное формирование этого комплекса. С кровью поступают питательные вещества, в том числе и растворенный кислород. Поскольку идёт нарушение плацентарной системы, значит, кислорода поступает недостаточно плоду. Она может быть вызвана, в том числе, и перенесёнными какими-либо инфекциями. Обычно фетопланцентарная недостаточность закладывается на ранних сроках развития беременности. Анемия также могла способствовать развитию фетопланцентарной недостаточности.

В заключении патологоанатома указано «интранатальная асфиксия плода вследствие воспаления в последе», что означает гибель плода в родах. Воспаление в последе - это воспаление в плаценте, через которую плод получает питание. Гипоксические кровоизлияния в кожные покровы - это следствие, т.е. какое воздействие оказано на ребёнка, и перечисляется, куда произошли гипоксические кровоизлияния: эпикард- это сердечная оболочка, почки, и над ними придатки- надпочечники. Сопутствующие - это патология, которая сопутствует, но не является основной причиной внутриутробной асфиксии плода. Гранулематозный менингит- это высыпания воспалительного характера на мозговой оболочке.

Свидетель Р. показала, что фетоплацентарная недостаточность бывает первичная - до 20 недель, когда неизбежна гибель плода, вторичная - после 20 недель, она приобретенная, может быть на фоне простудных заболеваний, сахарного диабета, гипертонии и других.

Гранулематозный менингит или листериоз - это инфекционное заболевание из группы зоонозов, возбудителем являются палочки коккобактерии. Листериоз протекает в виде острого сепсиса с поражением центральной нервной системы, миндалин, лимфатических узлов, печени, селезенки, либо в хронической форме (стертая). Листериоз у беременных чаще протекает атипично или стерто без определенной клинической картины, по типу гриппа, острых респираторных вирусных заболеваний, ангины, диареи, пиелита. Кровь почти не изменяется. При врожденном листериозе инфицирование плода может произойти как в ранние, так и в последние месяцы беременности. При инфицировании в ранние сроки беременности может наступить самопроизвольный аборт или родиться ребенок с пороками развития. При заражении во второй половине беременности рождается ребенок с признаками врожденного листериоза. При заражении плода рождается мертвый или недоношенный ребенок, который неизбежно погибает в течение первых двух недель жизни. Чтобы начать лечение листериоза, надо сначала обследовать, выявить. Диагностика очень затруднена, необходимо лабораторное подтверждение диагноза.

Плацента может локализоваться на передней стенке, на задней, тут ничего страшного. Страшно, когда плацента перекрывает выход плода из матки. Иногда бывает одной схватки достаточно, чтобы ребенок погиб, так как идет гиподинамическое нарушение в плаценте, нет связи между ребенком и плацентой.

Таким образом, установленные в судебном заседании обстоятельства не позволяют суду прийти к однозначному выводу о том, что могло послужить мертворождению ребенка истца Е.., поскольку для этого имелись объективные и субъективные причины, а именно:

  • по сводке патологических данных истец в период беременности имела угрозу на невынашивание и развитие фетоплацентарной недостаточности;
  • не соблюдение истцом рекомендаций врача по сохранению беременности и назначенного стационарного лечения в связи с угрозой прерывания беременности, а также нахождение истца в стрессовой ситуации по поводу увольнения и связанным с этим судебным разбирательством;
  • ненадлежащее оказание работниками МУЗ «Камбарская ЦРБ» медицинской помощи по ведению наблюдения беременности Е. в женской консультации;
  • позднее обращение истца с родовыми схватками за помощью врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ».

Протокол № от «дата обезличена» разбора случая мертворождения ребенка Е.(девочки) свидетельствует лишь о наличии тактических ошибок медицинских работников в лечении и диагностике беременности истца, но не говорит прямо, что данные ошибки явились причиной смерти ребенка.

Причина смерти - интранатальная асфиксия плода, причина интранатальной асфиксии - воспаление плаценты. Что явилось источником воспаления (ОРВИ, листериоз и др.; возбудитель инфекции - вирус, бактерии, палочки и др.; способ инфицирования); когда началось воспаление и как долго протекал воспалительный процесс; имелась ли возможность у медицинских работников ответчика своевременно обнаружить воспаление; полно и достаточно ли обследовали истца; имелись ли какие-либо объективные причины (факторы), которые препятствовали правильной диагностике и лечению истца; имелась ли возможность при своевременном обнаружении патологии провести Е. лечение и исключить (вылечить) воспаление; какие дефекты или недостатки в оказании медицинской помощи были допущены, на каком этапе и кем конкретно из медработников они допущены; имеется ли прямая причинно-следственная связь между наступившим неблагоприятным исходом и допущенным дефектом медицинской помощи - в материалах дела не имеется доказательств, на основании которых суд мог ответить на данные вопросы.

Суд не обладает специальными познаниями в медицине, поэтому в порядке ст. 57 ГПК РФ, судом истцу было разъяснено его право заявить ходатайство о назначении и проведении комплексной судебно-медицинской экспертизы с целью предоставления доказательств в части установления причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» и причиненным истцу моральным вредом, и противоправности (халатности) поведения работников ответчика.

На предложение суда воспользоваться правом предоставить дополнительные доказательства, истец отказался от проведения комплексной судебно-медицинской экспертизы.

Для удовлетворения исковых требований истцом должны быть представлены доказательства, достоверно подтверждающие совокупность всех обстоятельств, имеющих юридическое значение для рассмотрения и разрешения дела.

Поскольку истцом не представлено убедительных доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) работников МУЗ «Камбарская ЦРБ» и причиненным истцу моральным вредом, а также противоправности в действиях врачей МУЗ «Камбарская ЦРБ», суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований Е. к МУЗ «Камбарская ЦРБ» о компенсации морального вреда.

В связи с чем, не подлежат также удовлетворению требования истца Е. о возмещении за счет ответчика МУЗ «Камбарская ЦРБ» расходов по оплате услуг представителя в сумме 13 тысяч рублей.

 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Е. к МУЗ «Камбарская ЦРБ» о компенсации морального вреда в сумме 800 тысяч рублей и расходов по оплате услуг представителя в сумме 13 тысяч рублей, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в Верховный суд УР в кассационном порядке через Камбарский районный суд УР в течение 10 дней со дня принятия решения в окончательной форме.

Полный текст решения изготовлен 26 апреля 2011 года.

 

Судья С.Л. Ефимов

Приходите к нам
г. Ижевск, ул. Пушкинская, 116
Телефон:
Рейтинг@Mail.ru